Москва — Лхаса.

Мы летели в Лхасу через Китай, хотя это и не самый прямой путь из Москвы в Тибет. Перелет до Пекина занял около 18 часов (с транзитом в Дубае), в Пекине мы успели только прогуляться вечером до ресторана и поудивляться на советские пятиэтажки и троллейбусы вокруг гостиницы, а на следующее утро уже вылетели в Лхасу. Несмотря на то, что мы были с ног до головы в гидах и помогальщиках от турфирмы, в том числе, и с настоящим китайцем Васей, все равно нас очень долго оформляли в гостинице, а потом снова разоформляли, уже при выезде.
Рейсы в Лхасу из Пекина тоже не совсем прямые — была посадка в Чонгкине, часть пассажиров вышла, а мы остались сидеть, салон прибрали и запустили новых пассажиров, уже до Лхасы. Особенность китайских авиалиний — это зарядка, которую транслируют на экранчиках незадолго до посадки: диктор умиротворяющим голосом говорит про принципы багуа, а красивые девушки на фоне природы делают массаж акупунктурных точек, потягивания и даже медитацию, пассажиры дисциплинированно за ними повторяют. Нам повезло — остановка в Чонгкине длилась по расписанию, 40 минут, поэтому до Лхасы мы добрались за шесть с половиной часов. Для Андрея, который летел позже, это ожидание длилось 4 часа. Объяснили это тем, что аэропорт в Лхасе считается одним из самых сложных в мире, да и погода в горах часто меняется, посадка и взлет могут быть задержаны из-за облачности и осадков. Все равно, деваться некуда — кроме китайских компаний больше в Тибет ничего не летает.

Ощущения и состояния.

Лхаса находится на высоте 3600 м. над уровнем моря, так что хотя мы вроде бы и сверху спустились, все равно высота сразу чувствуется. Проявляется в слабых местах организма — у кого с легкими не очень, сразу одышка, кто много думает — ломит голову, у кого пищеварение не ахти — может быть тошнота и рвота. Дня через три острые проявления проходят, но могут вернуться, если забраться на перевал повыше или быстро спуститься оттуда. Тогда горняшка может вызвать спазм сосудов, — и снова тошнота, головокружение и головная боль. Если не очень мутит, помогает еда, лучше всего острая китайская. Ну, и лучшие друзья туриста в Тибете — кофе и кока-кола. Шоколадки тоже ничего, только не горькие, а молочные. Правильный и педантичный Андрей привез суперский шоколад с 70-ти процентным содержанием какао, и на высокогорье на него ругался – слюны на высоте мало, и этот шоколад невозможно ни прожевать, ни проглотить, ни выплюнуть.

В аптеках продается в таблетках и растворах радиола розовая, которая помогает телу адаптироваться к новым условиям, и еще какие-то китайские зеленые капсулы, которыми нас снабдили гиды, травяные и эффективные. Организм очень энергично выводит жидкость, поэтому тело начинает худеть и сохнуть, пить надо как можно больше. Даже во время длительных переездов, когда между завтраком и обедом просто сидишь и смотришь в окошко, килограммы теряются — мечта всех женщин. На второй день мышцы, привыкшие к усиленному потреблению кислорода в связи с регулярными тренировками, почувствовали, что им чего-то недодают, и стали требовать еды — сильно ломило бедра и икры. Потом мышцы смирились и перестроились, пришло состояние силы и легкости в теле.

Первую часть путешествия мы провели, в основном, в восточном Тибете, и там горы дали состояние неудержимого потока энергии, с которым, все-таки, надо было как-то договориться, чтобы не разнесло тело и психику. В западном Тибете, у Кайласа, высота побольше, и состояние иное — как будто сверху опустился и надавил колокол, убрав вообще все привычные ощущения и сигналы, которые обычно приходят от органов чувств, оставив только ощущение плотной и непроницаемой пустоты.

Как Тибет стал ТАР.

Надо рассказать немножко про историю Тибета — чтобы лучше понять современную ситуацию. В летней резиденции Далай Ламы Норбулинке стену в одной из комнат дворца Далай Ламы 14 (откуда он и бежал в 1959 году) занимает картина, которая изображает историю возникновения тибетского народа. Это буддистская версия, которая гласит, что Авалокитешвара (Боддхисаттва Сострадания) принял облик обезьяны, соединился с обезьяной-самкой (которая была демоницей), и от их союза появились тибетцы. Он же дал тибетцам зерна ячменя и научил его выращивать. А дальше уже, как водится, труд сделал из обезьяны человека.

Существуют и другие версии происхождения тибетцев. Например, что они являются потомками одного из индийских царей, который участвовал в битве на Курукшетре (описанной в «Махабхарате») и, потерпев поражение, бежал со своими соплеменниками в Тибет. Поскольку поражение на Курукшетре потерпели демоничные Кауравы и их единомышленники, всё равно получается, что род их пошёл от демонов.

Связи с Индией бесспорны — когда первого царя Тибета спросили, оттуда они пришел, он показал в сторону Индии (правда, нужно уточнить, что когда его спросили о происхождении, царь показал на небо, и по некоторым источникам, он происходил от птицы), оттуда же пришел Падмасамбхава, укротивший тибетских духов и демонов и утвердивший буддизм, и мудрец Атиша.

Появление буддизма в Тибете тоже связано с легендой — что задолго до Сонгцена Гампо, на крышу замка Юмбулаган (первого дворца в Тибете) упал сундук с реликвиями и священными текстами, среди которых была мантра Ом-мани-падме-хум, и их появление сопровождалось предсказанием, что через 500 лет придет Тот, кто сможет понять смысл этого дара. Правитель Сонгцен Гампо сначала обратился к бонским жрецам, но они не смогли объяснить тексты, составленные на санскрите, тогда он отправил посланников в Индию за учеными и монахами, сведущими в этих вопросах.

Еще одна версия, также запечатленная на картине в одном из монастырей, изображает тибетское плато как тело демоницы. Первые 12 буддистских храмов, построенные царем Сонцен Гампо (который считается воплощением Авалокитешвары) располагались на всех суставах демоницы, на груди и сердце, обездвижив ее.

Легенды на то и легенды, что в них верить и не обязательно, но все равно в этих разных версиях вырисовывается общая картина тибетского характера — тесная связь с духами гор и неба, животным миром, присущее горцам свободолюбие и смелость духа.

Царь Сонгцен Гампо, первый правитель, объединивший тибетские племена в государство, пригрозив Китаю вторжением и разорением земель, взял в жены китайскую принцессу Вэнь Чен. Кстати, фильм с Джеки Чаном «Миф» как раз о двух- или трехлетнем путешествии принцессы ко двору своего нового мужа в сопровождении наместника Гара. За это время принцесса родила сына от наместника, но это не помешало ей стать одной из главных жен (всего у Сонгцен Гампо их было пять — еще три тибетских и одна непальская). Вэнь Чен привезла с собой божество Будды, для которого построили храм Джокханг в Лхасе. Непальская принцесса Бхрикути также исповедовала буддизм и привезла с собой божество, для которого также воздвигли храм. Поэтому в храмах рядом с Сонгцен Гампо часто изображают двух этих жен: самого правителя как воплощение Авалокитешвары, а принцесс — как Белую и Зеленую Тару, женские аспекты Будды.

С китайцами тибетцы с 7 века вели бесконечные войны, лет по 50, с небольшими перерывами и переменным успехом, однако войны велись, в основном, на территории провинции Сычуань, однажды тибетцы даже взяли столицу тогдашней правящей династии Тан. В 8-9 веках влияние Тибета распространялось на Афганистан, Памир, Кашмир (север Индии), даже с тайцами тибетцы заключили договор о сотрудничестве, против Китая, естественно.

В это время царем Тибета был Трисон Децен, именно он пригласил Падмасамбхаву укротить расшалившихся бонских духов. Знаток магии и тантры, йог-мистик Падмасамбхава (на санскрите его имя значит — «Рожденный в лотосе») укротил духов и демонов, включив их в буддистский пантеон, поэтому в современном буддистской традиции можно найти много черт бон — например, фигурки из ячменного теста, которые раскрашивают и ставят на алтарь, разноцветные ритуальные флажки, которыми увешаны перевалы и ущелья. Именно Падмасамбхава считается основателем Ньигмы, одной из школ тибетского буддизма.

Вероятно, давние конфликты с китайцами и могущество Падмасамбхавы и определили выбор тибетцев в пользу тантрического буддизма, а не чань-буддизма, как предлагали китайские монахи. Монастырь Самье был построен по образцу мандалы, а монахи делали переводы священных текстов с санскрита на тибетский язык.

Впрочем, бонцы тоже так просто не сдались, и один из последующих правителей Тибета, также поддерживавший буддизм, был убит своим старшим братом – последователем Бон, который получил прозвище Ландарма — бык Дарма, в храмах его статуя изображается с рогами. Начался период преследования буддистских монахов, но Ландарму вскоре тоже убили. Династия развалилась, а вместе с ней и Великий Тибет, который мог на равных договариваться с Великим Китаем.

Но и без Бон различным школам буддизма было непросто договориться — между сектами и монастырями велась настоящая война. В поисках поддержки представители «Желтых Шапок» — школы Гелуг — обратились к монголам. После исторической встречи Алтан-хана и Сонама Гьяцо монгольская знать приняла буддизм, а Сонаму Гяьцо был пожалован титул Далай Ламы.

Укреплению связей между Гелуг и монголами также способствовал тот факт, что после смерти Далай Ламы 3, Сонама Гьяцо, его перерожденцем, признанным как Далай Лама 4, оказался внук Алтан-хана. В это же время была учреждена и линия Панчен Ламы — Великого Учителя, духовного наставника Далай Ламы. Если Далай Лама считается перерождением Авалокитешвары, то Панчен Лама — Будды Амитабхи.

Когда в 17 веке Далай Лама 5 нанес визит в Пекин императору династии Цин, он уже воспринимался как духовный и светский лидер Тибета, и в то же время, как более низкий по положению.

Позже цинская армия захватила Тибет и установила светских руководителей, присоединив часть тибетских территорий к китайским провинциям Юннань и Сычуань. Попытки восстать против власти Цин подавлялись быстро и жестоко, а начавшаяся война Тибета с Непалом дала повод ввести еще больше китайских войск на территорию Тибета. В 18-19 веках Тибет превратился в закрытое государство — туда не пускали европейцев, и даже Далай Лама и Панчен Лама не могли обратиться напрямую к императору, вся связь была только через китайских руководителей на местах. Впрочем, когда власть Цин стала ослабевать, сильно лучше от этого Тибету не стало — на него тут же стали нападать то Ладакх, то Непал. Позже появилась постоянная угроза от Британской Империи, а потом за Тибет с англичанами стала соперничать и Россия.

Все это время тибетцы не теряли надежды изгнать китайскую армию — как военных, так и чиновников, — со своей территории. Но дальше статуса автономного района в составе Китайской Республики дело так и не зашло. Когда к власти в Китае пришли коммунисты, Тибет попробовал выслать всех китайцев и закрыть китайские учреждения, в этом ему обещали поспособствовать американцы, но КПК объявила, что «освободит» все китайские территории, куда она включила Тибет, Хайнань и Тайвань.

В 50-х годах 20 века КПК заключила компромиссное соглашение с правительством Тибета, и Тибет стал частью КНР. Далай Лама 14 даже ездил в Пекин для личной встречи с Мао Цзе Дуном. Но китайцы рассматривали Тибет как регион с отсталым феодальным строем и теократическим правлением, который должен быть реформирован по образцу остальной КНР, чему тибетцы сопротивлялись. В марте 1959 года Далай Лама 14 тайно покинул свой летний дворец Норбулинка и бежал в Индию, сопротивление тибетцев было подавлено всего дней за 10, потому что китайцы оперативно подтянули к Лхасе танки и тяжелую артиллерию, уничтожив около 90 тысяч человек. Почти столько же народу бежало из Тибета.

Панчен-Лама, кстати, поддержал правительство Китая, поэтому ему бежать не пришлось. Правда, потом китайцы все равно выразили ему свое недовольство. Но множество тибетских монахов выступили на стороне повстанцев, поэтому после установления китайского контроля в ТАР почти все основные монастыри и храмы были разрушены, а количество монахов сократилось в десятки раз.

Культурную Революцию тибетцы тоже на себе прочувствовали, когда хунвейбины («красные охранники») начали искоренять старые идеи, культуру, привычки и обычаи.

Как Тибет выглядит сегодня: главная власть — китайские военные. Они руководят строительством дорог (стратегический объект из-за близости Индии и Непала), контролируют передвижение по этим дорогам при помощи блокпостов. Построена железная дорога, и идет освоение богатых ресурсов тибетских гор. Довольно часто встречаются китайские поселения — такие маленькие китайские ласвегасы с еженощной дискотекой и гирляндами посреди безмолвной высокогорной равнины. В каждом городе лучшие рестораны и гостиницы — китайские. Перемещение туристов также тщательно контролируется китайскими военными и чиновниками. Кроме ячменя и разведения яков все остальное сельское хозяйство — дело рук китайцев. В теплицах выращивают даже арбузы. Большинство фруктов — дыни, груши, виноград — привозные, хотя земли Восточного Тибета довольно плодородные, в окрестностях Лхасы, например, растут персиковые деревья.

Разрушенные монастыри и храмы были восстановлены, но теперь сами китайцы определяют, сколько монахов там может находиться, обычно дальше сотни послуников дело не заходит.

Изображения Далай Ламы 14 и Тибетского флага запрещены. У нас была карта Тибета, напечатанная в США, наш тибетский гид Пенпа первое, что сказал, когда ее увидел — закрасьте флажок в углу, будут проблемы. Для иностранцев «проблемы» — это вероятность никогда больше не получить визу в Китай, для тибетцев — тюремное заключение. К антиправительственной деятельности также приравнивается участие в религиозных праздниках. На время нашего пребывания в Тибете как раз приходилось несколько таких мероприятий, в том числе — большое празднование победы Падмасамбхавы над демонами в монастыре Самье. Но с учетом данного запрета монастыри отменили все праздники, чтобы не подвергать опасности ни туристов, ни своих, и даже детей, которые обучались в монастырях, отпустили по домам.